Интервью. Олег Королев об игре под руководством Винни Джонса, просмотрах во Второй лиге и детском тренере-демотиваторе

Многие ребята, переехавшие в США из России и бывшего СССР, часто собираются вместе, чтобы поиграть в футбол. Так, лет 7-8 назад, я познакомился с Олегом Королевым, на тот момент редактором Football.ua. Олег много рассказывал о своем футбольном прошлом, о планах найти команду в Лос-Анджелесе. Спустя какое-то время он пригласил меня на свой матч -- его команду тренировал Винни Джонс!
 
Шли годы. Я нашел себе любительскую команду, начал тренировать детей и завел блог. Совсем недавно мы с Олегом встретились снова, и я задал ему несколько вопросов на тему "Как любовь к футболу помогает преодолевать жизненные трудности?" Олег подробно рассказал мне о реалиях детского футбола Украины, просмотрах во Второй лиге, переезде в Штаты, команде Винни Джонса и многом другом.
 
 
Итак, Олег, с какого возраста ты начал играть в футбол?
 
Я родился в России, в г. Иваново. И пока не переехал в Украину, мне футбол вообще не нравился, я в него не играл. Вместо этого занимался всякими артистическими вещами –- пел в хоре, лепил из глины... Помню, лепил каких-то птичек, в которых можно было дуть и свистеть. За первые три класса школы я поиграл в футбол лишь раз, и мне ужасно не понравилось. Все бегали за мячом, пинали его, потом этот мяч залетел кому-то во двор... Футбол показался мне идиотской затеей, смысла я не понял. Никакого впечатления он на меня тогда не произвел, вообще ничего во мне не проснулось.
 
В возрасте 10 лет я переехал в Украину, в маленький городок на юге, в Херсонской области, -- Новая Каховка. Мы жили в типичном советском дворе, посреди нескольких многоэтажек было футбольное поле. Однажды друзья позвали меня поиграть в футбол, и это было так круто!
 
Чем та игра отличалась от первой, когда тебе не понравилось? Что было по-другому?
 
Когда ты маленький, тебе очень важно смотреть на то, как себя ведут и чем занимаются старшие. Мне так повезло, что старшие ребята все без исключения занимались футболом. Мне тоже захотелось, и я записался на секцию.
 
На секцию тебя сразу приняли?
 
Да. Это была местная секция, не Академия. В нашем городке было несколько тренеров. У тренера, к которому я пошел, занимались все ребята с моего двора. Я был очень маленьким, ничего не знал и не умел, и мой тренер сразу же сказал, что у меня нет футбольного IQ («интеллект») и у меня никогда ничего не получится. Меня это задело и завело. С тех пор, лет с 11-и, я тренировался 2-3 раза в день, на каникулах так вообще все было о футболе.
 
Когда мне было 12, мама сказала, что денег на секцию больше нет. Маме почему-то хотелось, чтобы я ходил на гандбол или еще куда-то, идея футбола была ей не по душе. Она сказала, что платить за футбол мы больше не будем и мне придется прекратить занятия. Тогда я перестал есть завтраки в школе, чтобы сэкономить деньги. Мне давали по гривне в день, и я собирал эти деньги, чтобы продолжать заниматься футболом.
 
Расскажи о тренере.
 
Его зовут Ярослав Дмитриевич. Он считался немного сумасшедшим, но самым дисциплинированным, много времени проводил в поисках финансирования. Все свое футбольное развитие я получил у него.
 
До сих пор помню его номер телефона. Перед тем, как поехать на соревнования, нам нужно было ему позвонить. Но до него вообще нельзя было дозвониться. Чтобы до него дозвониться, уходило несколько часов. Его номер телефона до сих пор отложен у меня где-то в мозжечке.
 
В детстве наверняка мечтал играть в европейском клубе?
 
Я всегда хотел доказать, что смогу заиграть, но у меня не было таких огромных планов, и, наверное, это было ошибкой. Никогда даже не мог представить, что смогу играть где-то выше второй лиги. Это было неправильно. Одна из причин, по которой я так думал, -- слова тренера. Я всегда от него слышал, что никогда ничего не добьюсь.
 
Думаешь, он всерьез так считал? Может, он так мотивировал?
 
Уверен, это исходило от чистого сердца, просто я не думаю, что все знают, как это может сказаться на детской психике. Для меня мой первый тренер был отцовской фигурой. Когда мне было 11, мой отец от нас ушел и тренер заменил мне отцовскую фигуру. Я возложил на него эту важную роль, его об этом не спрашивая. Но так работает человеческая психика.
 
Даже во время учебы в университете я вспоминал слова тренера. Он говорил, что те, кто играет в академиях «Динамо» и «Шахтера», намного более талантливы, что у нас никогда не будет возможности с ними соревноваться. Но когда я увидел их своими глазами, то стал сомневаться в его словах, а до этого я им слепо верил.
 
На турнирах тебя замечали?
 
Мы постоянно участвовали в каких-то турнирах, в том числе и «Кожаный мяч». Мне было около 14-и, когда я получил несколько предложений, но все они включали в себя подделку документов: через паспортный стол я должен был изменить год рождения с 87-го на 88-й. Очень многие на это соглашались. Лично я согласился бы тоже, но мама была против и отклонила 2-3 предложения. Предложения были из местных школ, из Академии херсонского «Кристалла», из Академии г. Броваров. Если бы я согласился, меня бы приняли в полноценную Академию, предоставили бы жилье, экипировку и т.д. Так я и оставался в своем маленьком городке, пока не уехал в Киев.
 
Что было дальше?
 
Мама всегда хотела, чтобы я попал в университет. Выбирая ВУЗ, я искал пути наименьшего сопротивления, чтобы дальше иметь возможность заиграть профессионально. Я решил, что легче всего было стать журналистом.
 
Около года я ходил в местную газету, чтобы меня чему-то научили и помогли, публикуя мой материал. Ходил на всякие праздники, писал заметки про празднование Нового Года, брал интервью у школьных учителей... По результатам того года главный редактор газеты назвал меня полностью провальным кандидатом. Даже за деньги газета отказывалась печатать самую маленькую заметку с моим именем, а мне публикации с моим именем были нужны – это было одним из условий зачисления в университет.
 
Но уже месяца через 4 я работал журналистом в общенациональной газете. Прошел вступительные экзамены, каким-то чудом оказался в университете и переехал в Киев. В университете, кстати, футбольной команды тогда не было. Университет был частным, им футбол не был интересен. Вообще университетский спорт там развит не так, как в Штатах.
 
В Киеве удалось найти команду?
 
Очень быстро я попал на стажировку в газету «Болельщик» -- хотел узнать, как работает спортивная журналистика. Мне не платили, и через два месяца я сказал редактору, что хочу играть, а газета отвлекает меня от просмотров. Редактор пообещал, что познакомит меня с тренерами команд Второй лиги (третья по силе), и если я пройду отбор, он меня отпустит, а если не пройду, он меня возьмет на полную ставку.
 
Мне было лет 17, я учился на первом курсе, когда проходил просмотр в команду «Рось» из г. Белой Церкви. Я не прошел на контрактной основе, но мне все же предложили остаться в Академии, которая подготавливала игроков. В то время я зависел от родителей -- они платили за мое обучение и жизнь. Я рассказал маме о произошедшем. Она приехала в Киев и сказала, что не согласна. Я ответил: «Хорошо. Но в таком случае я больше не буду брать у тебя деньги». Я вернулся в газету «Болельщик» и начал полноценно там работать, оплачивая свое обучение и жилье.
 
Ты мне про травму колена рассказывал.
 
Я тогда работал на сайте. С него я уходил 3 раза. Я ушел с него в первый раз, чтобы готовиться к просмотру. А когда готовился к просмотру, произошла какая-то сумасшедшая травма мениска.
 
В маленьких городах футболистам делать особо нечего, по вечерам все сидят и пьют. В один из таких вечеров, когда я со своими друзьями-футболистами сидел и пил, мы решили в районе полуночи прогуляться и пришли на наш стадион. И когда я садился на траву, что-то хрустнуло в колене.
 
Доктор сказал, что нужна операция, но денег у меня не было. Контракта у меня тоже ни с кем не было. Лечил колено сам. Восстановление заняло месяца 4. Когда резкая боль ушла, я вернулся к тренировкам.
 
Как проходили просмотры?
 
Все те годы, которые я провел в университете, мне приходилось параллельно заниматься тремя вещами: я ходил в университет, чтобы не обидеть маму –- она так много работала, чтобы отправить меня в университет; я не мог перестать работать, так как нужно было платить за себя; и, естественно, я не мог перестать играть в футбол.
 
Я играл в любительских командах, в первенстве Украины среди коллективов физкультуры, в первенстве города, области... В «трясине», как говорят в Англии. Я просто хотел играть, заработать во второй лиге было нереально -- там платили 200-300 долларов.
 
Однажды мой первый тренер устроил мне просмотр в «Оболони-2». Я тогда работал журналистом и присоединился к команде за день до сборов. Было много занятий на песке, в том числе беговых. Я не жаловался, не плакал, но потом, когда доктор замерил мой пульс, он испугался. Он позвал тренера и сказал, что у этого игрока на лице ничего не меняется, что он сейчас умрет. Доктор спросил меня, что происходит, я ответил, что много работаю. И доктор меня подколол: «Где ты с таким пульсом работаешь? На рудниках?»
 
После этого просмотра тренер порекомендовал меня в команду «Викадо» лигой ниже (Первенство Украины среди аматоров). Там я играл какое-то время, даже получал зарплату, на которую можно было купить, к примеру, бутсы. Это была единственная команда в моей карьере, где я получал зарплату.
 
В чем заключалась твоя работа?
 
Был редактором российского и французского отделов, писал о РПЛ и французской Лиге 1. был редактором отдела тенниса. Каждую неделю посещал матчи киевского «Арсенала», «Оболони», «Динамо»; помню, нам выделили отдельный самолет и мы слетали на Лигу Чемпионов в Казань. Смотрел матчи, возвращался в офис, писал об этом, потом играл сам. Это был интересный образ жизни.
 
У кого брал интервью?
 
Да, у кого угодно. Алиев, Милевский, Шовковский... Помню, брал интервью у Шовковского, и он что-то сказал о болельщиках, когда я выключил диктофон. Но я все же решил написать об этом.
 
Что он сказал?
 
У «Динамо» тогда были тяжелые времена, и в одном из матчей болельщики демонстративно повернулись к полю спиной. И он сказал: «У нас нет болельщиков». Это вызвало большой резонанс.
 
Почему решил закончить с просмотрами?
 
Идея играть в футбол закончилась большим разочарованием. Мне был 21 год, мне все говорили, что я уже старый. Была идея поехать в Чехию или Польшу -- там можно было заработать чуть больше. Но перед отъездом позвонил мой первый тренер Ярослав Дмитриевич: «Если ты здесь никому не нужен, там ты уж точно никому не будешь нужен. Я помогу тебе найти команду здесь». Я сделал ошибку и доверился ему. Заплатил ему каких-то денег, решив, что это мой последний шанс профессионально заиграть. Но тренер пропал с моими деньгами и перестал отвечать на звонки. Я был в хорошей форме, но ехать мне было некуда.
 
Ты закончил университет?
 
Да, а потом вернулся в свой маленький городок. Было очень грустно, у меня были депрессивные и даже суицидальные настроения. Чтобы все это забыть и через это переступить, я решил, что мне нужно куда-то уехать. Я стал экономить деньги, начал процесс оформления визы. Думал отправиться в Германию, но мой друг хотел в Лос-Анджелес. Так вышло, что я уехал без него –- визу ему не выдали.
 
Итак, ты прилетел в Лос-Анджелес. Искал команду и здесь?
 
Первую команду нашел по объявлению, с помощью онлайн-переводчика. Команда называлась LA Ligers (lions + tigers), она играла в первенстве города. В ней я пробыл несколько месяцев, наверное, один сезон.
 
 
Их тренер-африканец мечтал стать самым молодым тренером в истории MLS. О футболе он знал мало, сам никогда не играл, но смотрел матчи по телевизору и требовал, чтобы мы «играли, как «Барселона». У нас получалось, по-моему, не очень. Наши тренировки напоминали армейскую подготовку. Мы ползали, бегали... Иногда даже мячей не видели.
 
Совершенно случайно я увидел команду, которая тренировалась по соседству. Они выглядели достаточно внушительно. Я понял, что у них все серьезно, и познакомился с ними. Это была команда Hollywood All-Stars.
 
Их тренировал Винни Джонс?
 
Да. Сначала я в это не поверил. Впервые я увидел его только на нашей первой игре. В той игре я получил две желтые карточки за подкаты. Судья пытался объяснить, что в этой Лиге подкаты запрещены, но я не понимал английский. После красной карточки я чуть не набросился на судью, ведь подкаты были чистые. Мы вели в том матче, но в итоге уступили. Винни Джонс, тем не менее, пожал мне руку после игры, и я сразу же стал звонить своим друзьям из Украины!
 
 
Слышал, эту команду спонсировала порно-студия.
 
Да, Brazzers, один из крупнейших порносайтов в мире. На наших футболках было написано brazzers.com. Несколько наших игроков активно строили там «актерскую» карьеру, а наши менеджеры производили фильмы. Brazzers покупала нам форму, платила за нас взносы за участие в соревнованиях. Также много денег тратил на содержание команды и сам Винни Джонс.
 
Как Винни Джонс проводил тренировки?
 
У него не всегда получалось присутствовать. Он был занят, много снимался. Но когда он приходил, было очень весело. Помню, как таскал его на спине и на руках. Ему было интересно, "просяду" я или нет.
 
Это большая удача поработать с кем-то, кто поиграл на высоком уровне. Он очень харизматичный человек. Мне посчастливилось быть с ним знакомым. Он видел, что у меня здесь никого нет и футбол –- это единственное, что держит меня на плаву, поэтому часто приглашал меня к себе. Он был занят, но мог сам забрать меня откуда-то на игру, а потом отвезти домой. Я ему сейчас очень благодарен за его отношение ко мне.
 
Он мог позвонить и узнать мое мнение по поводу игроков, тактики. Он также хотел, чтобы я играл на его позиции, потому что я бросался на всех, как собака, и «кусал».
 
Он и партнеры по команде мне многим помогли. Некоторых сейчас я вижу на биллбордах. Рикки, к примеру, снимается в телешоу American Gods.
 
 
 
Что случилось с командой?
 
Команда распалась. Да и мне было непросто совмещать.
 
В первые годы после переезда было трудно. Мне даже хотелось на все плюнуть и уехать назад, но из-за команды я этого не сделал. Команда сделала для меня многое в плане поддержания духа. Очень полезно, когда есть что-то, что может отвлечь тебя от каждодневных проблем. Команда помогла мне и с английским языком. Я играл с британцами, они с пониманием относились к этой проблеме.
 
Я отыграл в команде HAS 3 года. За это время мы несколько раз выиграли чемпионат Санта-Моники. В команде было много британцев, игроки из ЮАР. Кто-то играл в АПЛ, к примеру, в Queens Park Rangers, кто-то в MLS. Были приглашенные гости: Робби Кин, выступавший тогда за «Гэлакси», Марио Мельхиот...
 
 
С сайта ты ушел, когда уже был в Лос-Анджелесе?
 
Да, ушел спустя полгода. Сконцентрировался на том, чтобы искать работу здесь.
 
На первых порах было достаточно тяжело. Когда я сюда приехал, с моим английским я мог разве что заказать кофе. Это был потолок. Потом я начал смотреть сериалы, играл и тусовался с партнерами по команде, старался много общаться по пути на игры и обратно.
 
Кем поначалу работал?
 
Моя первая работа -- грузчик. Я несколько лет проработал грузчиком и до сих пор жив. Правда, сейчас не могу дотянуться до своих шнурков -- болит спина. Очень плотный график был. 6-7 дней в неделю в течение, наверное, 3-х лет.
 
Сколько за день можно было заработать?
 
Меня moving (перевозки; далее «мувинг») с самого начала поражал. В хороший день можно было заработать половину своей украинской зарплаты, ну или треть айфона. За два дня на «мувинге» я мог заработать столько, сколько зарабатывал, вкалывая на двух популярных сайтах Украины, руководя двумя отделами.
 
Затем я получил лицензию фитнес-тренера. Сдал экзамен онлайн и работал личным тренером в фитнес-центре. Уверен, меня взяли только потому, что в том районе проживают очень много русскоязычных, многие из которых не говорят по-английски. Американцев я тоже тренировал, но сейчас понимаю, что им было со мной очень тяжело. У меня столько усилий стоило составить предложение и произнести его, а в ответ я слышал: “What was that?” («Что-что?») Через полгода я опять вернулся на «мувинг».
 
Из-за денег?
 
Да. В фитнес-клубе нанимали много тренеров и давали им мало рабочего времени, такая у них политика.
 
Когда я еще работал на «мувинге», у меня и моего хорошего друга был совместный бизнес. Мы заказывали аксессуары для мобильных телефонов (чехлы, зарядные устройства) в Китае и продавали их здесь. Это был первый раз, когда я занимался продажами. Нам даже удалось заработать, но потом поняли, что перспектив у нас нет – мы обнаружили в центре Лос-Анджелеса целый район, который закупает эти аксессуары миллионами, и решили с ними не соревноваться.
 
Так мне стала интересна сфера продаж. Я провел исследование и понял, что наиболее выгодными являются продажи автомобилей или недвижимости. Мой английский стал лучше к тому времени, к тому же, я соскучился по общению с людьми. Я прошел обучение и получил лицензию агента по недвижимости. Обучиться можно было дистанционно за полгода, курсы вполне доступные.
 
Потом я нашел компанию, работающую с агентами по недвижимости. Компания, кстати, помогает только в техническом плане (контракты, т.д.), но никак не в поиске клиентов. Клиентов я должен искать сам, все зависит только от твоего желания.
 
Футбол, кстати, отплатил мне сторицей. Он дает мне возможность развиваться и в сфере недвижимости. Одному из моих клиентов – с ним я познакомился, тренируя его сына, -- я помог приобрести дом в Малибу. Он мог работать с любым агентом по недвижимости, но выбрал меня, потому что я как волонтер давал свое время детям, делился с ними знаниями. Он это заметил и дал мне возможность поработать с ним. Столько денег, сколько я заработал с той продажи, я бы не заработал, играя во Второй лиге Украины лет, наверное, двести.
 
Расскажи про футболки. Они были до недвижимости?
 
Да. После зарядных устройств. Я решил создать полностью свой бренд. Потратил много времени и денег на тот проект. Футболок у меня было очень много, но продавал я их медленно. В итоге, месяцев шесть назад я пожертвовал больше тысячи футболок, которые годами пылились у меня под кроватью. Привез их в благотворительную организацию Goodnight Mission и отдал их бесплатно.
 
 
Почему футболки «не пошли»?
 
Я хотел все делать сам: хотел открыть онлайн-бизнес, проявить себя с креативной стороны, создать новый продукт. Но оказался не готов. Сейчас понимаю, что нужно было сконцентрироваться на чем-то одном, к примеру, на финансовой стороне. Но в процессе я очень многое узнал. Это был мой первый бренд, который я создал сам, начиная с идеи, логотипа, соцсетей, вебсайта. Эти знания помогли в дальнейшем, во время работы над созданием других брендов, к примеру, в недвижимости или тренерской деятельности –- я планирую индивидуально тренировать детей.
 
Ты вернулся к футболу. Расскажи о тренерской деятельности.
 
Несколько лет назад мой хороший друг, с которым я познакомился во время работы фитнес-инструктором, приглашал меня поработать детским тренером, но я ему отказывал. Я вспоминал своего детского тренера, понимал, что не хочу повторять его ошибок, не хотел кричать на детей, унижать их. В конце концов, я принял его предложение, так как организация эта -- AYSO (American Youth Soccer Organization) -- не концентрируется на воспитании профессиональных футболистов. Вот уже три года я тренирую детей раз в неделю.
 
 
Многие дети здесь играют в футбол не потому, что они его любят, а потому что футбол как игра полезна для морального и физического развития. Так они строят отношения со сверстниками, учатся быть в команде. Никто на детей не кричит, если они не забивают гол. Мы редко следим за счетом, просто хотим убедиться, что все принимают участие, все вовлечены, никто не остается в стороне.
 
Мне не интересно заниматься тренерской деятельностью профессионально. Это мое хобби. Футбол позволяет мне отдохнуть и отплатить игре за то, что она для меня сделала. Люди видят, что у меня есть опыт, которым я могу поделиться, и приглашают на мероприятия. К примеру, “Kick It” -- эта популярная программа позволяет детям узнать немного больше о футболе и провести время, просто играя в футбол.
 
 
Откуда фото с Дель Пьеро?
 
Я его сына тренировал в AYSO. А вообще у него в Лос-Анджелесе свой ресторан и Академия -- Alessandro Del Piero Academy.
 
Ты показывал мне эмблему LA Elite. Что это?
 
Некоторые родители спрашивают, могу ли я помочь их детям выйти на новый уровень. Я решил создать что-то вроде академии, в которой буду работать с несколькими талантливыми детьми. Для меня этот проект интересен тем, что я могу сконцентрироваться на нескольких игроках, а не на команде.
 
Играешь ли где-нибудь сейчас?
 
После распада команды Винни Джонса я несколько лет не играл нигде. Но футбол приносит мне удовольствие, поэтому, чтобы не испытывать давления и не получать травм, я играю в одной команде с мальчиками и девочками. Мы играем в любительской лиге, победитель которой передает призовой фонд благотворительной организации.
 
PS
 
У меня закончились вопросы. Не хочешь добавить что-нибудь от себя?
 
(Пауза) Долгое время футбол был для меня источником разочарований. Когда играл в Киеве, поймал себя на мысли, что не очень и любил это дело -- я не играл на том уровне, на котором хотел, мои амбиции не были реализованы. Все мое детство мне говорили, что у меня не получится. Удовольствия я не получал. В Украине, России мы забываем, что, в первую очередь, должны получать удовольствие, а тренеры концентрируются на получении результата.
 
Я понимаю, что для профессионального спорта данная американская система, когда зачастую счет не ведется, а в конце сезона все игроки получают трофеи, даже если они толком на поле не выходили, не идеальна. Но эта модель помогает вырастить морально здорового человека. Это не та модель, которая практикуется на постсоветском пространстве, когда со всех сторон ты слышишь негатив.
 
Чтобы снова получать удовольствие от футбола, у меня ушли годы. Когда я занимался в ДЮСШ, слов об удовольствии и наслаждении от игры я не слышал. Все задачи сводились к тому, чтобы пробежать быстрее, ударить сильнее, забить больше. Когда мне было 11-12, я уже осознавал, что нам обязательно нужно было побеждать на турнире, потому что от этого зависели следующие вливания от спонсоров. Понимаю, что в украинских реалиях это нормально, но в то же время детям об этом знать не нужно. Давление и негатив не всегда полезны и конструктивны для детей, занимающихся спортом.
 
В детстве я мечтал стать профессиональным футболистом, и думал, что буду счастлив. Без футбола меня в 12 лет было сложно представить. Когда меня видели без мяча, люди начинали переживать. У меня была возможность увидеть профессиональный футбол, но я не смог построить в нем свою жизнь. Я думал, что это будет удручать меня до конца своих дней. Сейчас, когда я отпустил эти комплексы и предрассудки, смирился с тем, что не проявил себя как профессиональный футболист, жизнь предоставила мне второй шанс. Футбол вернулся в мою жизнь самым неожиданным образом. Теперь я смотрю на футбол совершенно иначе. www.sports.ru
 





 
X